Black Music Promo  
Блэк Мьюзик Промо
LifeFacesCulturePaparazziReleasesSupportFriend linksAbout
 
Сегодня 19 ноября
понедельник

И грянула тихая буря (часть 1)

    
 

(Перевод статьи Эрика Харви "The Quiet Storm" для портала pitchfork.com; на русском языке публикуется впервые)

 

К 1974 году Смоки Робинсон остался не у дел. В 60-е годы он установил стандарт качества для Motown и стал вице-президентом фирмы, после чего порвал с группой The Miracles, а первые сольные альбомы – "Smokey" (1973) и "Pure Smokey" (1974) – не оправдали ожиданий. Тем временем Стиви Уандер и Марвин Гей обошли его, став настоящими факелоносцами для лейбла – и, в какой-то степени, для афроамериканской популярной музыки.

Геевская сюита 1971 года "What's Going On" особенно озадачила Робинсона. Этот альбом, политическое послание которого было оценено по достоинству, в то же время звучал непринуждённо и гладко. Даже на излёте бурных 60-х политика не фигурировала в музыке Смоки, но другое дело – идеи. Робинсон решил сделать свой собственный "What's Going On", но, в отличие от Гея, чей взор был направлен вовне, он заглянул внутрь себя. Так появился альбом "A Quiet Storm" (1975).

Smokey Robinson

Аккуратно меняя тот стиль созерцательной романтической соул-музыки, который он изобрел с песнями "You've Really Got a Hold On Me", "Ooo Baby Baby", "The Tracks of My Tears" и "More Love", Смоки заново утвердил себя в статусе соул-гиганта на "A Quiet Storm".  Как писал Роберт Палмер в журнале Rolling Stone, "Робинсона не трогают ни мачизм Марвина Гея, ни полумистические умственные образы Стиви Уандера, и у него больше опыта в создании поп-музыки, чем у кого-либо ещё. Имея за плечами 18 лет пения, сочинительства и продюсирования, он не обращает внимания ни на самовосхваления, ни на пророчества, предпочитая этому темы любви и счастья".

Альбом открывается подобно радиотеатру: невероятно высокий синтезаторный свист, походящий на мягкую сирену, звучит в паре со спецэффектом, изображающим ветер. Постепенно они уступают место прыгучей басовой партии, словно бы взятой из бесчисленных хитов "Мотауна" 60-х годов. "У меня, наконец, появилась музыкальная концепция, которую я искал после того как услышал "What's Going On", – сказал позже Робинсон. – "Я увидел семь песен, несущихся на спине ветра, который дует через всю запись, от её начала до конца". Почти восьмиминутный заглавный трек даёт жизнь Тихой Буре – не как метеорологическому явлению, создающему атмосферу, а как неосязаемому стимулятору, протекающему сквозь тело Робинсона: "Источник энергии нежной силы" (A power source of tender force).

В своей рецензии автор Роберт Кристгау обозначил самый важный вклад этого альбома: "…ритмически он, кажется, имеет больше отношения к внутреннему состоянию, чем к любому физическому, телесному критерию". Действительно, это музыка души, нацеленная не на бёдра, а на более глубокую метафизическую связь между двумя влюблёнными. "A Quiet Storm" звучит как концептуальный альбом, посвящённый спокойствию моногамии.

"A Quiet Storm" (1975)Альбом дал новый импульс угасавшей карьере Робинсона. Этому способствовал тот факт, что запись хорошо сочеталась с той популярной чёрной музыкой, которая сделала ставку на породивший соул-музыку разрыв между духовным и плотским. Роберта Флэк с её голосом, который прозвали "звуком тающего бархата", была звездой. Её дуэты с получившим классическое образование Донни Хэтэуэем отличались непредсказуемым настроением, проистекавшим из джазового опыта Донни. Эл Грин и Минни Рипертон добились успеха с минималистичным "соулом из спальни", в основном благодаря своим верхним вокальным регистрам. Песне "Me and Mrs. Jones" в 1975 году исполнилось три года, и её продюсеры Кенни Гэмбл и Леон Хафф уже миновали расцвет своего стиля, который привнёс пышные струнные аранжировки и несущийся хай-хет в ритм-н-блюз и в какой-то мере задал шаблон для музыки диско. Марвин Гей в это время был на полпути от "Let's Get it On" к "I Want You". The Ohio Players. The Isley Brothers. Айзек Хейз. Барри Уайт…

Но в поп-музыке новизна всегда более заметна, чем непрерывное развитие. В середине 70-х такой новизной стало диско, которое быстро проникло на поп-радио и в чарты. Бит в 4/4 на скорости 120 ударов в минуту стал метрономом танцпола, и тексты песен о танцах, танцорах и культуре танцпола вернулась с удвоенной силой. Той неделе, когда первое место в сводке R&B-синглов заняла "Baby That's Backatcha" с альбома "A Quiet Storm", предшествовали две недели пошлого диско-боевика "Get Down Get Down (Get on the Floor)" от R&B-ветерана Джо Саймона, а затем последовала пространная копия хита "Jungle Boogie" под названием "Spirit of the Boogie" от группы Kool & The Gang. "Backatcha" достиг седьмой строчки в диско-чартах (флейты и лёгкая латино-перкуссия поддерживали бэкбит) – но это было диско Робинсона. В соседстве с двумя песнями, посвящёнными удовольствиям от фанк-настроения, Смоки остался в выигрыше со своей историей про разговор танцующей пары.

 


 

Спустя десятилетия после десегрегации и публичной работы Движения за гражданские права сформировался черный средний класс. В период с 1970 по 1986 годы численность темнокожих жителей пригородных районов увеличилась вдвое, а число темнокожих, посещавших колледжи, увеличилось на 500 процентов в период с 1960 по 1977 год. В то время как администрация Рейгана установила над головами граждан "стеклянный потолок", долгожданная послевоенная "американская мечта" была, по крайней мере, частично реализована для многих из этих семей, и во многих секторах экономики процветали компании, владельцами которых были афроамериканцы.

Тем не менее, для радио- и звукозаписывающей индустрии это была крайне недооценённая демографическая группа с вновь приобретенной покупательной способностью. В подробном отчёте, который Клайв Дэвис из CBS Records заказывал у Гарвардской школы бизнеса, лейбл журили за то, что культурный критик Нельсон Джордж описывает как "историческое отсутствие приверженности чёрной музыке". Основное внимание в докладе было уделено так называемому "соул-радио", которое обеспечивало прямой доступ к темнокожим потребителям и часто служило ступенькой для попадания песни в плейлисты топ-40.

WHUR Radio StationНеясно, попала ли в категорию "соул-радио" радиостанция  Говардского университета WHUR 96.3, вещающая в формате взрослой современной музыки, но она начала работать в начале 70-х как единственный в своем роде голос сильного чёрного среднего класса на территории Вашингтона (округ Колумбия). FM-сигнал WHUR распространялся куда дальше по Колумбии, нежели у AM-станций, базировавшихся в городах – и стиль программирования отражал это. Постепенно в течение десятилетия фокус радиостанции начал смещаться с политики и джаза. По словам одного диджея, ведущим было предложено "казаться менее чёрными", чтобы достучаться до среднего класса, жившего в пригородах. Этот подход был доведён до совершенства, когда WHUR наняли менеджера по продажам Кэти Хьюз, и станция оторвалась от своих конкурентов.

Хьюз была приверженцем движения к всё более нишевому программированию на основе маркетинговых исследований – в особенности так называемой "психографики". В отличие от демографических исследований, которые фокусируются на таких данных, как возраст, раса и место проживания, психографика направлена на количественное определение неосязаемых качеств – таких, как отношения и ценности. Хьюз решила, что её сверхмобильные незамужние темнокожие подруги не были целевым рынком для музыкального радио, и формат, нацеленный именно на них, смог бы выделить WHUR на фоне конкурентов.

Одной воскресной ночью в мае 1976 года идея Хьюз нашла неожиданное воплощение. Встав перед необходимостью в последний момент найти диджея на замену в вечерний эфир, она позвала Мелвина Линдзи – студента-журналиста Говардского университета, стажёра WHUR, присматривавшего за её ребёнком. Линдзи захватил стопку пластинок The Isley Brothers, Delfonics и Spinners из семейной коллекции и поспешил в студию.

Melvin LindseyКаким-то образом, несмотря на полное отсутствие у Линдзи опыта работы с микрофоном, всё получилось. Его вкрадчивый юношеский голос заметно отличался на фоне более энергичной подачи у других афроамериканских диджеев того времени, а его ровные подборки соул-песен, вышедшие в вечернее воскресное время, создали нечто большее, чем он сам или Хьюз могли себе представить: "наши телефонные линии были наводнены звонками. Наверное, это был какой-то природный дар". На следующее утро Хьюз придумала идеальное имя для Мелвина и его шоу: "Тихая буря". Вскоре Линдзи покинул станцию, чтобы получить степень бакалавра, но после его возращения в ноябре 1977 года "Тихая буря" быстро стала хитом эфира WHUR по будням, а сам ведущий превратился в местную знаменитость.

Этот формат был простым и эффектным, при этом по своей структуре он не слишком отличался от того, что альбомные рок-станции делали годами. Во время своей вечерней смены Линдзи включал непрерывные блоки медленного и среднетемпового соула и ритм-н-блюза (иногда до 40 минут длиной), прерываясь только на голосовые вставки, чтобы задавать слушателям направление. "Тихая буря" абсолютно реальным образом делала именно то, что у радио получается лучше всего – с самых своих первых дней радио доставляло далёкие голоса музыкантов и ведущих прямо на дом, создавая у аудитории ощущение интимного общения. "Эфирный персонаж Линдзи еженощно становился сладкоголосым альтер-эго для каждого из 220,5 тысяч слушателей", – писала газета The Washington Post. – "И не все из них желали различать радио и реальную жизнь". Для слушателей было обычным делом позвонить на радио и пожаловаться на то, что темп ускорялся слишком сильно.

Весь фокус был в том, чтобы при помощи музыки задать и удерживать высококлассный темп и настроение: "Изысканно и легко, подобно бокалу шампанского Veuve Clicquot", как выразился Бен Фонг-Торрес из Rolling Stone. Но не путайте этот формат с лёгкой музыкой (easy listening): "Тихая буря" стала своеобразным "зонтиком" для весьма впечатляющих образцов R&B и соула своего времени. В ранние годы существования "Тихой бури" можно было услышать знойную музыку для спальни ("Close the Door" Тедди Пендерграсса, "Distant Lover" Марвина Гея, "Footsteps in the Dark" от The Isley Brothers) в одном плейлисте с мелодичной любовной лирикой, вроде "Wishing on a Star" Rose Royce, "Love Ballad" L.T.D., "What You Won't Do for Love" Бобби Колдуэлла и "You Are My Starship" Нормана Коннорса.

По мере распространения формата более эклектичные диск-жокеи стали добавлять в плейлисты старую музыку. Один из первых диджеев в этом стиле, Элвин Джонс, ставил записи Нэта Кинга Коула между песнями The Gap Band. Вскоре уже десятки станций по всей стране начали включать в свой эфир специальные вечерние подборки медленной романтичной музыки, и к началу 80-х KUTE в Лос-Анджелесе, WLNR в Чикаго и KBLX в Беркли полностью перешли на формат Quiet Storm.

Перевод: Александр Ашбель

(продолжение следует)


К остальным статьям
http://studiohelloworld.ru/Фотографы

Разработка сайта: WebZenith
Design by Kate



Наши партнёры  
GarlemСвердловская филармонияEverJazz